Два берега у одной реки: российские театры и новая российская драматургия

24 мая 2021 22:42

В Музее читателя РГБИ  (Российская государственная библиотека искусств) состоялась читка пьесы "Счастье - это ты" Ивана Алифанова. Это – продолжение возобновленного совместного проекта Гильдии драматургов России и РГБИ "Драмачай на Большой Дмитровке" («Реальная Россия» недавно уже писала о возобновлении этого проекта). Напомню: «Драмачай на Большой Дмитровке» - это цикл читок новых пьес российских авторов (живущих и не только в России). Иван Алифанов –режиссер, драматург, поэт, композитор, который живет в Новгородской области. Член Союза писателей РФ и Гильдии драматургов России. За 20 лет поставил более 50 спектаклей, написал 20 пьес, около 60 песен и музыкальных произведений. Одну из его последних пьес – «Счастье – это ты» и представили собравшимся в Музее читателя актеры театра и кино. Так что он вполне успешный автор. Хотя на сценах российских театров идут не все его пьесы. Он в таком положении не один среди наших драматургов. Почему? Об этом – чуть дальше. А пока – о читке. Фабула пьесы «Счастье – это ты» вкратце такова: некто, желая понять свои проблемы в отношениях с бывшей женой, природу женщины и найти пути к новому счастью, создает что-то вроде курсов самопознания для женщин – как стать счастливой. Узнаваемые житейские ситуации и семейные проблемы, личностные проблемы взаимоотношений мужчин и женщин, знакомые каждому, понятные каждому, легли в основу Доктора в общении с его клиентками (а их – друг с другом). В финале неждано-негаданно Доктор находит новое счастье. Да и каждая из клиенток вроде бы на пути к решению своих проблем. Правда, порой эти решения выглядят облегченными, а «благополучный финал» - чересчур уж благостным. Но актеры постарались даже самые «ходульные» моменты наполнить искренним, подлинным переживанием. В читке принимали участие актеры Ирина Обидина, Наталья Тэн, Марина Бауэр, Александр Шестопалов, Анна Куслий, Сергей Иванов. Режиссером читки выступила куратор программы со сторону Гильдии – режиссер и драматург Наталья Шор-Синина (ответственный секретарь Гильдии)). Слушателями (а потом участниками обсуждения) были и драматурги - Юлия Бочарова, Svetlana Ivanova Obolenskaya, Валерий Веларий.

      Без перерыва на то, чтоб перевести дух, после читки состоялось обсуждение увиденного-услышанного. Участвовали все – и актеры, и куратор проекта Наталья Шор (драматург Н. Шор-Синина, напомню), и драматурги, и сотрудники РГБИ, и зрители-слушатели. Разговор получился и задушевный, и в чем-то критический. Говорили о житейских ситуациях, явно ставших опорами для эпизодов пьесы. Говорили и о том, что в чем-то пьесе не хватает остроты, и автор словно ориентируется на стандарты, предлагаемые сериальным телевидением. Отмечали эмоциональную включенность актеров в сюжет и в роли.

     Но возникла в этом заинтересованном, откровенном обсуждении и полемическая нота. Причем, с явным горьковатым оттенком. И главный «критицизм» в общей беседе был направлен не на пьесу – автор – профи, пьеса вполне профессионально сложена и вполне может заинтересовать театры и зрителя. Но вот тут-то и закавыка: наверняка есть немало зрителей, которых такая пьеса и такой сюжет, и спектакль на основе этой пьесы заинтересовали бы. Но вот встретится ли пьеса –при посредничестве театров – со своим зрителем?

     Напомню опять же – участниками этого вечера «Драмачай на Большой Дмитровке» в РГБИ были четыре драматурга. И тема эта – взаимоотношения современных российских драматургов с нашими театрами, продвижение на их сцены новых российских пьес – весьма болезненная. Она и для наших зрителей остра и актуальна. (Это, кстати, показало и обсуждение после читки пьесы «Счастье – это ты», но об этом чуть ниже). Наталья Шор – первый секретарь Гильдии драматургов. Я как театральный критик, представлял правление Гильдии. А Гильдия участвует в совместных проектах по современной российской драматургии не только с РГБИ, но и с московскими и региональными театрами и другими организациями. Гильдия многие из таких проектов инициировала. Та же программа  «ДрамаЧай» включала совместные проекты-читки (и «вживую», и онлайн) с театральным центром «Театральный особнякЪ» (он проводит в Москве уже много лет межрегиональный фестиваль независимых театров «Московская обочина», с московским театром  им. А. Джигарханяна, с театрами и площадками Санкт-Петербурга, с Томским ТЮЗом. Гильдия организует и конкурсы новых пьес. Недавно в Великих Луках Лабораторией с читками пьес-лауреатов завершился  конкурс драматургии для подростков и юношества «ПОКОЛЕНИЕ 21» - совместный проект Гильдии и Великолукского драмтеатра. А сейчас подходит к финалу подобный же совместный проект Гильдии и Туапсинского ТЮЗа.

      Немало подобных программ и конкурсов, завершающихся читками организуют и проводят другие общественные и творческие объединения, и…

      Ах, у читателя наверняка назрел вопрос: ребята, а результат? Конкурсы, читки… на сценах где лучшие из этих пьес? К ответу на этот вопрос и веду. Вот об этом и была самая острая и полемическая часть обсуждения в РГБИ. А давайте я все же сперва обрисую картину. Внешне ситуация – просто блеск. Масса всего, что якобы открывает дорогу новым нашим пьесам. Читки и показы новых пьес – чуть ли не на каждом углу. А на сценах театров господствует классика. Причем, бесконечно тиражируемые одни и те же названия. Я не против классики, особенно когда спектакль – классный. Но я здесь – о современных наших пьесах.

     … так продолжу о конкурсах и читках. Хорошо, что есть такое партнерское учреждение, как РГБИ, директор РГБИ – Ада Ароновна Колганова и ее сотрудники, заинтересованные в театральном искусстве и в литературе для сцены (Библиотека инициировала и совместно с журналом «Современная драматургия» проводит конкурс моно-пьес, издавая сборники десятки лауреатов; собирает в библиотечные фонды издания пьес современных российских драматургов). В разных городах в разных регионах России находятся библиотеки, которые тоже включаются во взаимодействие российскими драматургами и проводят их читки. Опять же пример из столицы. Поочередно ряд библиотек, а теперь ДК «Гайдаровец» поддержали независимый театр «Большая медведица», организованный Валерией Приходченко. Этот театр и неутомимо-неудержимая Валерия Приходченко год за годом осуществляют программу «Кафедра драматургии» - регулярные читки лучших пьес международного конкурса «Исходное событие. 21 век». Некоторые театры (и вполне авторитетные) тоже не стоят «в стороне от процесса» - в тренде, в мейстриме. В свое время и в санкт-петербургском БДТ, когда его возглавил Андрей Могучий, проходили читки современных российских пьес. Правда, недолго длилась программа, а на сцену, вроде, ни одно название из нее и не попало… Но вообще-то в нашей Северной Пальмире читки-показы новых пьес проходят регулярно.

      В Москве активно общается с современными нашими драматургами и с их творениями театр «Школа современной пьесы» Иосифа Райхельгауза. Здесь работает Семинар новой драматургии, там проходят регулярные встречи драматургов и обсуждения новых пьес. Каждый год проводится и семинар-лаборатория молодых режиссеров – они представляют заявки на будущие спектакли – краткие показы по пьесам, лауреатам конкурса «Действующие лица» (в этом проекте плечом к плечу идут театр «Школа современной пьесы» и журнал «Современная драматургия»). Победитель лаборатории молодых режиссеров получает право превратить эскиз-показ в полноценную постановку на сцене театра И. Райхельгауза. И в других городах России есть театры с такими программами и проектами. Но, как правило, таких театров – единицы. Программы такие – обычно разовые, а не регулярные. И случаев попадания новых пьес на сцену после показов, эскизов и читок – единичны.

      Но все же продолжу дописывать (или очерчивать) радужную оболочку ситуации. «Цех драматургов» - есть такой проект в столице – временами даже получает грант на постановку новой пьесы – победительницы проводимых в этой программе конкурсов-показов. Одной победительницы! Участвует в подобных проектах и Союз театральных деятелей России. В лице, так сказать, кабинета драматургии, проводится международный конкурс современных драматургов, пишущих на русском языке. – «Баденвейлер»; у руля конкурса бессменно – глава кабинета драматургии Ольга Новикова и театральный критик Римма Кречетова. А читки лучших пьес проходят в рамках программы «Свободный понедельник» в московском театре «Апарте». И некоторые из пьес после читок даже попадают на сцены театров. Вот это словцо – «некоторые». На самом деле – единицы из единиц. И не в качестве самой драматургии дело. Так я опять же продолжу «картину маслом», сливочным… или постным… но путь новых наших пьес на сцены наших театров ничем «не подмазан», он тернист и полон неопределенности. А это я уже подбирают к ответу на вопрос: так где же эти новые пьесы? Почему они так и не выплескиваются потоком на наши сцены?

      Ныне на сценах России укоренилось нечто вроде двух тенденций. Или, как сейчас модно говорить – практик. Они связаны друг с другом. Можно даже сказать – смыкаются. Одна тенденция – читки новых российских пьес (включая инсценировки и переводы) маститых и молодых авторов. Их «читают» на сценах, в клубах, библиотеках. Читают, так сказать, коллективно – ибо давно уже эти читки переросли задачи внутреннего, служебного назначения – для представления новой пьесы труппе, дирекции и художественному руководству театра, продюсерам и спонсорам. Эти читки стали очень разветвленной системой развития давних-давних-давних опытов во Франции (а потом и в Польше) – «лектюр»: читки пьес самими авторами в для зрителей-слушателей, посетителей кафе (естественно – по билетам). Читки современные, особенно у нас, в России – это «открытые» программы. Большинство их них (особенно в онлайне) – это «показы» новых наших пьес (силами порой довольно больших групп актеров-любителей, но чаще – артистов-профессионалов и студентов театральных вузов и училищ, подготовленные профессиональными режиссерами) - не только людям театра, не только сценическим специалистам, критикам и журналистам, но и всем желающим зрителям. «Читают», сидя на стульях, с текстами в руках – или разыгрывая подобие мизансцен. Да и как иначе? Актер не может просто так пробубнить текст с листа. Он все равно «вживается» в ситуацию, в сюжет, в роль, в образ персонажа. Он, как говорят на театре, - «присваивает текст». Порой эти читки-показы – почти уже эскизы возможной будущей постановки. Словом, в нашей театральной жизни возник, укрепился и развился новый вид сценического зрелища (или действа… тут каждый может выбрать определение по вкусу). Порой читки «продаются» - по билетам для «обычного» зрителя. Читки проводятся и независимыми группами и командами профессиональных актеров и режиссеров, и силами профессиональных и полулюбительских стационарных театров. Вторая тенденция (или «практика»)  – театры все чаще самостоятельно (при поддержке местных властей), а то и в сотрудничестве с объединениями драматургов проводят конкурсы новых пьес и инсценировок. Иногда тематические. Пьесы-лауреаты конкурса театр-организатор показывает в читках. Эти читки – как бы заявки на включение какой-то из этих пьес в репертуар театра.

     Тут-то обе тенденции (обе «практики») сливаются. Правда, бурного экстаза не наблюдается:  печалька для драматургов - эти читки-показы редко-редко-редко приводят на сцену показанную пьесу. Даже ту, которую театр сам отобрал в им же проведенном конкурсе. Так вот, на обсуждении после читки в РГБИ этот вопрос ставился ребром несколько раз: зрителями-слушателями – драматургам, а драматургами – друг другу. Как новой пьесе попасть на сцену наших театров?!

      Конкурсов драматургии проводится год от года все больше. Пьес пишется и присылается на конкурсы тоже все больше. В интернете есть несколько ресурсов драматургии (включая огромные библиотеки новых пьес). Есть открытые и закрытые группы драматургов. Там полно информации о новых авторах и новых пьесах. У многих драматургов – свои сайты и другие интернет-ресурсы, где они выставляют не только информацию о своих пьесах, но и полные тексты пьес (рискуя, понятно, многим). А где все это богатство на сценах наших театров? А там его нет. При том, что театры в регионах России гораздо больше интересуются новой нашей драматургией, чем столичные театры. И в некоторых регионах местные органы власти даже выделяют гранты на постановку новой пьесы. Тоже единичные. Так что остается одно большое «но» но… В процентном отношении к числу создаваемых (и обнародованных) пьес – попадание их на сцену минимальное. И все меньше и меньше этот процент. Не только по сравнению с советскими временами (и уж тем более в сравнении с первыми «перестроечными» годами). Чем больше пьес пишется и «читается» публично «вживую» или в онлайне – тем меньше их в процентном отношении попадает на сцены.

      Да, далеко не все пьесы хороши. Многие –спорны. Иные кажутся кому-то не сценичными. Или – «в скрытом виде», сценариями для экрана (явно проступает во многих пьесах влияние на авторов «ТВ-сериальной продукции). Но реальная «сценичность» пьесы выявляется только в сотрудничестве с театрами, только тогда, когда у пьесы появляется сценическая жизнь в нескольких постановках и складывается некоторый «корпус» рецензий на постановки этой пьесы. И наши зрители – причем разных возрастов, житейского опыта, разных «социальных слоев» ждут именно современных пьес, постановок по ним. Не раз на обсуждениях после читок они говорят об этом. Так было, между прочим, и на обсуждении после читки в РГБИ. Кое-кто из «обычных» зрителей в полемическом задоре просто-таки наседал на всех – где эти новые спьесы на сценах театров? Дайте!  У «каждого товара» - свой «купец» и свой «покупатель». Одному пьеса кажется несценичной и неактуальной. А другой вдруг видит в ней отражение и мощный образ животрепещущей острой проблемы и богатейшие сценические возможности… 

      На наших сценах – и в стационарных театрах, и в антрепризах – господствует классика. Театры (в лице руководства) заявляют – современная пьеса им скучна, там нет таких богатейших возможностей для творчества, как в нашей и зарубежной классике. Но почему же в других странах театрах разной формы организации, финансирования и «хозяйствования» (где, кстати, тоже клянутся нашей «школой» и системой Станиславского и нередко ставят нашу, российскую драматургическую  классику) – классика в репертуаре составляет не более половины (если не считать таких «специализированных» сценических центров, как шекспировский театр в Лондоне).  И тамошние театры или антрепризы не просто ищут новую пьесу, но стремятся, чтоб в их репертуаре непременно оказалась пьеса, которую еще никто не поставил – и она идет только у них, своеобразное «открытие» новой пьесы театром. И можно в который раз напомнить, что все «классические пьесы» когда-то были сиюминутно написанными, актуальными и современными своей эпохе новыми пьесами, открываемыми для тогдашней публики тогдашними театрами.

     Текст современной пьесы может быть так же поэтически гармоничен, как текст классической пьесы. И с той же силой яркой образности раскрывать наши душевные и духовные проблемы – «вечные проблемы» в реалиях, так сказать, в «антураже» современной жизни. Надо желать это почувствовать, понять, «услышать». И сколько же случайностей на пути пьесы к сцене! Сколько должно произойти внутренних, ничем порой необъяснимых «совпадений», чтобы текст новой пьесы лег на душу режиссеру, антрепренеру, театру – чтобы «услышали» внутренним «творческим слухом» души, как свое, близкое. И нередко наши продюсеры, режиссеры, директоры и худруки театров это видят и понимают. Но наши театры стоят по «одну сторону баррикады», а все, что связано с новой нашей пьесой располагается по другую сторону.

     Усилия творческих объединений драматургов, отдельных театров, Союза театральных деятелей РФ, все эти драматургические конкурсы, бесчисленные читки, безбрежные интернет-ресурсы новых пьес – «это море разливанное» живет, бурлит, волнуется само по себе.  Словно за несокрушимой плотиной без единого шлюза. Ну, разве что-то иногда перехлестнет через край плотины – со стороны драматургии и драматургов на другую сторону. По другую сторону плотины – наши театры. Да и Министерство культуры с ними там же. С советских времен у нас ложилась «традиция» (тоже «тренд», тоже «мейстрим») – внимание классике, но не современной нашей драматургии. Режиссеры и продюсеры, твердя, как заклинания: «Вот классика» Классика!..», в приватных разговорах (а то прямо в интервью СМИ) откровенно заявляют – авторам классики не надо платить гонораров, а вот современным авторам надо платить за право постановки! Вишь, авторское право. При том, что ныне гонорары авторам составляют далеко не самую основную часть затрат на постановку. Но дело не только в деньгах.

      Нет системного отношения к новой пьесе, как в жизненной необходимости для театра. И тут надо говорить, что Министерство культуры России этой системы и не пыталось всерьез создать. В Европе (в Западной и в Центральной, в той, которая за пределами Европейской части России) активнейшим образом действую несколько мощных центров современной драматургии. Есть такой в Польше (в Лодзи), есть в Италии, в Скандинавии. Они имеют свои площадки, свои театральные здания, проводят семинары, конкурсы новых пьес, фестивали и конкурсы спектаклей по новым пьесам. Их представители бывали у нас в России, рассказывали о практике их работы. Во многом эти центры созданы усилиями объединений самих драматургов. При поддержке местных и центральных властей. Меценатов, спонсоров. Опираясь на разработанную законодательную базу – а не только на законы об авторском праве и праве на интеллектуальную собственность (при том, что во всем мире расцвело «пиратство», но там традиционно твердо уважаемо авторское право, и это уважение – незыблемо).

      Вот этого «встречного движения, заинтересованного, «широкополосного» на самых разных уровнях, включая законодательный,  - не наблюдается у нас ни со стороны наших театров, ни со сторону нашего российского Министерства культуры. Ну, на словах-то оно порой громко декларируется. И какие-то очень редкие и точечные телодвижения происходят. Но масштабности, системности - нет. И практически исчезла реальная поддержка изданий (и печатных, и в интернете) посвященных драматургии. Такое ощущение, что хотя и есть проекты, ориентированные именно на новую нашу пьесу (тот же знаменитый уже D/O/K.театр и еще некоторые внегосударственные сценические программы), но в общей массе российские театральные деятели «не любят» новую реальнасть нашей нынешней жизни. Не нравится она им. Ну, не такое все, как было прежде. А разбираться в этом не хочется. Лучше делать вид, что на основе классики можно дать ответ на все проблемы современности. Даже на те, которых прежде не бывало… «Осовременивая» классику, вписывая многовековой давности сюжеты в нынешние реалии и фактуру. Но, по сути, всеми силами отстраняясь от голоса нынешней жизни. Экранные искусства – ТФ, кино, онлайн-проекты – те все же реальную жизнь отражают. Пусть коряво, пусть через развлекуху, копируя друг друга и тиражируя одно и то же… Но театры  - те вообще в стороне.

      А современность – она не антуражем отражается. Ее голос звучит в сюжетах, увиденных, почувствованных и образно перевоплощенных драматургами. Но, как известно, надежда умирает последней… вернее, не умирает никогда. Или всегда возрождается даже из-под пепла. И потому такие программы, связанные с новой российской драматургией, как та, в которой участвует РГБИ или отдельные (очень «отдельные») столичные и региональные театры – вопреки всему вселяют надежду в сердца драматургов, и зрителей.

     А Гильдия драматургов России и РГБИ ждут всех любителей новой драматургии на следующую читку в программе «Драмачай на Большой Дмитровке» - в июне.

Валерий Бегунов, театральный критик

Фото – из архива РГБИ